Понедельник, 22 Январь 2018

Banners

Реклама от Google

Голубка

 Из отпуска они вернулись домой к началу сентября,  собрать детей к школе.      Практически, для них, календарный  год,  начинался с  первого школьного месяца.

     Лето они провели в дальних краях, и им, даже удалось пару раз искупаться в море.  Огород, все это время,  жил своей вольной жизнью, торжествуя всеми видами сорняка. Крыжовник, маленькая елочка и дубок - были окружены ненавистной высокой крапивой, яблоня обвилась вьюном, словно накрылась зеленой веревочной шубой с мелкими цветочками. Картофель - был замаскирован  осокой. 
     Мама, оформив пенсию, переехала жить к дочери, а в летние месяцы, вот уже который год,   приезжала к сыну. Сидя в тени на , она молча смотрела, как он работает, сложив на тросточку свои красивые, старенькие руки...  Изредка  спрашивала сына, как бы проверяя, знает ли он, о том, что собирается делать. Как будет обрабатывать землю, сеять, выращивать.  И, если получала правильный ответ, удовлетворительно кивала головой. Она, казалось экзаменовала  его. Если он умеет управляться на земле, думала она, то жизнь не остановиться вдруг, что сын сможет прокормить семью, сможет, помогать тем,  с кем он живет, кого любит.
 
           Шел последний день мая. Она умирала.  Казалось, что ей хотелось это сделать в этот месяц. Десять лет прошло, как в мае ушел ее муж.
     В последнем телефонном разговоре, мать сказала сыну, что наверное не выберется из этого состояния. - Я не могу больше, тяжело... - сказала для него последние слова и ему показалось, что она торопиться.
 
     Далеко, в другом городе, на кухне  сидел взрослый, с поседевшими висками мужчина.
     Ничего не понимая, он тупо смотрел куда-то в пол абсолютно отрешенно.  Он не как не мог понять и поверить, что ушла его мать, его ангел хранитель. " Бог дал, бог взял" - почему-то подумал он. И вся его осознанная жизнь, с того самого момента,  когда он помнил ее с детства и до этих дней,  пробежала передним  ним счастливым калейдоскопом событий. Было всякое  в его отношениях с ней, но почему- то, ему запомнилось только хорошее.  А  страшно уже не было...
     Похоронные будни, заполнили,  еще вчера принадлежавшее ей  пространство дней и ночей. Тяжкие   хлопоты..
     А где-то,  играют  свадьбы, на свет появляются дети. Жизнь продолжается, интересная и разнообразная, жестокая и не справедливая. 
     И не возможно привыкнуть к смерти... Прощать, понимать и любить - это единственное, что ему хотелось  делать.
 
     На крыше дома сидел белый голубь. Он не сразу заметил его. Вернее, он не придал этому значения. Бывало и раньше на конек присаживались разные птицы. Сороки, вороны, были привычными обитателями черепицы. Голубка долго сидела, глядя как он собирал яблоки, вот-вот готовые сорваться с наклоненных веток. На второй день она прилетела вновь и все повторилось. Он, что-то делал, а она -  смотрела... На третий день, голубка слетела на свежевспаханную землю, начала что-то клевать, поглядывая на него , ни сколько не пугаясь  присутствия. Ему даже показалось, что она показывала  свое расположение .
     Дверь в котельную,  была открыта настежь. Утренние лучи осеннего солнца,  осветив  спинку деревянного плетенного стула, уже успели нагреть комнату.
     Вдруг, будто откуда -то с неба,  влетела она, голубка и села на спинку стула. Абсолютно белая, с ровным заостренным клювом и аккуратной красивой головкой. Булавочные глазки, глядели на него с любопытством и спокойствием.  Ему совсем не хотелось шевелиться и он побоялся  спугнуть ее каким- нибудь неловким движением...
     - Это она, - сказала жена, когда он рассказал ей об этом.
     - Мать? - удивился и обрадовался он.  Да, ее душа в ней,  в голубке, - сказала супруга.
     -  Да, да, - радостно подтвердил он,  Я это почувствовал.  - Мне сразу показалось, что это она!
       За десять лет, как они жили в этом доме,  голуби ни разу не прилетали. Соловьи, снегири, синицы,  воробьи, кто угодно, но голуби никогда.
       Она облюбовала газовую трубу, что располагалась над дверью котельной, прямо под козырьком крыши. Днем улетала, а  вечером прилетала.
     - Она здесь,- спросила его жена, когда он вошел обстукивая обувь от снега. - Да, здесь. Слушай, уже, морозы под сорок, а она сидит, не улетает. Спаси ее Христос.
     - Сделай ей кормушку,- продолжала она, рассуждая на эту тему.
     - Уже,-  ответил он. - Что, уже? - Уже сделал, вот кормлю. И он показал ей маленькое пластиковое ведро с сыпучими кормами. Гречка, пшено, овес и измельченная скорлупа с крупной солью составляли содержимое ведерка из под майонеза. - У нее много друзей, как в жизни. Опять подкармливает всех... - сказал он усмехнувшись.
      Воробьи " помогают". Или первыми начинают,  либо доедают за ней.
     Он не мог себе представить, что такое может быть! Что он,  вольно или нет, каждый день, таким образом,  будет общаться и заботиться о маме.Так ему казалось. Теперь не было дня, чтобы он не видел ее. А она, иногда, низко пролетая над ним, благодарно аплодировала белыми, нежными руками - крыльями...
 
     Он удивлялся и радовался в душе, что произошло такое божественное чудо! Чувство защищенности, вновь,  благо приобретенное, придавало ему сил и уверенности в этой не простой и интересной жизни. Та пустота, которая , чуть было не образовалась с ее уходом, вдруг была ею же и заполнена.
     Не веривший, особенно, до этого момента,  в переселение душ, скептически  относившийся к религии, он вдруг был потрясен произошедшим. - Бог, есть, - говорил он сам себе.- Без всякого сомнения. Даже, если она вдруг улетит...

Комментарии   

0 # ivi 13.12.2016 10:20
Андрей спасибо. Трогает до слез!
Необыкновенный рассказ. Вкусный, образный язык.
Молодец!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # tyw 17.12.2016 08:48
Отличная вещь! Слезы на глазах! Я твердо знаю, что души наших родных переселяются в птиц! ЗНАЮ. Так моего папы в синицу, а тестя и тещи в голубя и голубку.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Google свидетельствует, что количество подписчиков, которые нам доверяют -