Сон

      Звук досылаемого в патронник патрона очень трудно с чем либо спутать даже если затворную раму придерживают что бы приглушить грозный боевой лязг. Именно такой приглушенный затворный клик раздался за моей спиной. Была очень тихая осенняя погода, едва заметный ветер с противоположного берега Милёксима. В этой тишине слабый металлический щелчок отключил все предшествовавшие мысли. Я оглянулся. Там где  речная пойма начинает повышаться росли невысокие лиственницы, по случаю конца сентября их мохнатая хвоя была уже ярко желтой, почти лимонной. Под лиственницами, метрах в двадцати от меня, прислонившись к стволам деревьев стояли Макар и Миша. Макар навалился плечом на дерево, опустился на одно колено, двумя руками держал карабин задрав ствол высоко в небо. Миша вытянутым указательным пальцем перпендикулярил по  своим сомкнутым губам, а другой рукой  делал мне плавные знаки уйти вправо. Я оглянулся и увидел перед собой Лося. Легкий тихий ветер был в нашу сторону. По какой такой причине лось не почуял человека и вышел на нас так близко, теперь уже не понять.   Это был молодой самец и судя по размеру рогов еще не совсем матерый. Но по размерам он мне показался просто огромным. Невероятно огромным. Лось стоял в пол оборота. Сытый, мускулистый упитанный, с блестящей шерстью он грациозно вздрагивал боками и смотрел куда то сквозь меня.  Я резко вскинул руки в стороны и закричал:

 - Не стреляй !!! Не стреля-я-я-яй, Макарушка !!!  
     Поднимая копытами фонтаны грязи лось как ошпаренный прыгнул назад в четыре прыжка вброд перебежал через Милёксим в облаке водяной пыли и стал скачками удаляться в сторону леса сильно уклоняясь влево. Я бежал по грязи, которая еще неделю назад была речным дном проваливаясь почти до середины голени, увязая в грязюке размахивал руками и кричал: "Не стреля-я-я-я-яй !!!". Я поглядывал на Макара, готовый в случае чего упасть на землю. Макар встал, выпрямился, поставил карабин прикладом на землю, удерживая его рукой за ствол. Другой рукой он интенсивно вертел пальцем у виска.
      "Да, Ладно!! Мы же не за этим сюда приехали!!! И вообще, мясо лучше в магазине покупать. В нем костей больше " - крикнул я Макару и оглянулся на лося. Лось остановился у самой опушки леса будто понимая что выстрела уже не будет. Торопливо  путаясь в ремнях я достал из чехла фотоаппарат. Казалось целая вечность прошла, прежде чем он включился и зумировался на максимум. И все это время благодарный лось позировал прежде чем сделать последний прыжок и скрыться в лесу. Как будто он и вправду был разумным и понимал все что вокруг происходит. Снимок получился совсем скверный, но он очень для меня дорог.
DSCF3753 small
     Это было 28 сентября 2008 го года на речке Милёксим в точке с целочисленным значением координат 66 градусов северной широты, 66 градусов восточной долготы, без минут и секунд.
      Прошло уже почти шесть лет и я стал забывать о нашей поездке на конфлюэнцию. Зачем я об этом вспомнил и рассказал... ??? За последние  тридцать лет, я почти никогда не видел снов. За последние два месяца я уже несколько раз ночью во сне бегу размахивая руками и срывающимся от одышки голосом кричу "Не стреляй !!!" И если тогда, на Милёксиме, я с каждым шагом все увереннее знал, что все хорошо, выстрела не будет. То теперь снится что я все сильнее вязну ногами в грязи, дыхание сбивается, крик срывается на какой то полу-писк полу-хрип, а в сознание приходит уверенное ощущение того, что сейчас вот вот воздух сгустится, потяжелеет, задрожит и среди воздушной вибрации грохнет сокрушительный звук выстрела и вслед за ним туго прогудит летящая пуля. В этот самый момент выстрела я просыпаюсь и  слышу его уже на границе сна и бодрствования. С тех пор как на Украине началась Гражданская Война на Донбасе я  снова перестал видеть сны. Теперь там не просто стреляют. Теперь там много и немилосердно убивают
    Вот уже пол года постоянно слушаем радио, постоянно смотрим новостные передачи ужасаясь всему что происходит на Украине.  Лозунг: "Не стреляй !!!" там давно уже стал архаикой. Именно в силу того что там давно уже не просто стреляют, там уже убивают и белых и красных. Все это еще несколько месяцев назад показалось бы невероятным, Но все это реально происходит в наши дни на нашей земле... Уверен, меня сразу начнут упрекать, как смею я называть своей землей, Украину. Ведь я же москаль, агрессор, ворог. А вот смею... И не в том смысле что руки загребущие, а в том что не Зимбабве... Ну никак не Зимбабве... Ну если уж так угодно, назовем это Уж_Точно_Не_Чужая_Земля. Ужас в том, что это не сон, и даже не сон вызванный полетом пчелы вокруг... Это не предчувствие, это она и есть во всей красе: Ее Величество, Гражданская Война. Мы всегда слишком легко относились к этому жуткому словосочетанию. Настолько легко, что в городе, где я теперь живу есть улица с таким названием. Улица Гражданской Войны. Эта улица совсем небольшая но на домах, где живут люди, написано это людоедское словосочетание, мимо которого дети каждый день ходят в школу. И я убежден, что непременно существует некая логическая связь между людоедскими надписями с названием улицы и появлением нецензурных надписей на стенах этих же домов. 
 2005 12120010 small

     Я вновь перестал видеть сны, но  жуткая фантасмогория всего что происходит рождает в мозгу какие то нереальные картины прямо посреди бодрствования и ясного осознания окружающего. Это не сон, и уж тем более он не вызван полетом пчелы. Это не клыкастые чудовища выскакивающие из пасти гигантского морского окуня. Это не слон на паучьих ногах. Это реалистичные картины образы и ощущения. Они четко видны, ясно ощутимы и почти реальны. Они поднимают и уносят вдаль и несут над лесами и над полями, над реками и железными дорогами. Внизу светятся редкие окошки, двигаются автомобили и редкие ночные прохожие. Я не знаю как и откуда, но я точно знаю названия мест и населенных пунктов, над которыми лечу. Волноваха, Краматорск, Славянск, Андреевка.   Можно быть спокойным, это не я сошел с ума, это мир вокруг меня твердой поступью сходит с ума и оттого рождает картины в ночной дымной степи.

     Лечу я плавно и тихо, а внизу по темной поверхности степи летит искрящаяся серебристая тачанка. Четверка злых резвых полупрозрачных коней светится в ночи белым светом. На тачанке развалившись, сидит тот, чье имя я хорошо знаю. Под его лихо заломленной набекрень буденовкой нет лица, а только черный провал из пустых рукавов шинели торчат худые костлявые кисти рук. Левую он вытянул вперед распростер над сверкающими спинами пляшущих коней. Растопырив костлявые пальцы триумфатор направляет движение квадриги без всяких вожжей и удил. Правой рукой он любовно поглаживает пулемет. Тупорылый Максим, хотя и неподвижен и тих, но тоже кажется одушевленным, злым и ненавидящим все вокруг. И пулемет и колеса тачанки, и квадрига коней и сам одетый в шинель и буденовку  Ангел_По_Имени_Смерть среди черной ночной провальной темноты освещены белым мерцающим светом одной единственной звезды на небе. Имя этой звезды - Полынь. За тачанкой в сторону Азовского моря по степи бесшумно плывет бронепоезд. В качающемся броневагоне лежит Нестор Иванович Махно. Он тяжело ранен. В бреду. К шинели, которой он укрыт привинчен Орден Боевого Красного Знамени. Вокруг раненого Нестора нет никого. Он один во всем бронепоезде. Стальная белая мерцающая громадина качаясь плывет по степи без единого звука. За бронепоездом к морю тянется мерцающая белая светящаяся река людей, коней, автомобилей, бронетехники, повозок и тележек с узлами, чемоданами и перепуганными детьми.  Ни звука. Ни единого слова.

    И вдруг темную тишину нарушает птичий голос. То ли в голове что то чиркнуло, то ли и впрямь тихий птичий голос поприветствовал приближающийся рассвет.  Лечу. Глядь, светает. Край неба пылает. Соловейко в тёмной роще солнышко встречает. Тихонечко ветер веет. Степи, поля в мареве. Меж прудами та ярами вербы зеленеют. Густые сады наклонились. Флегматичные тополя стоят будто сторожа. Шепчут листвой - разговаривают с полем. И все это, весь край увит красотой. Зеленеет, умывается мелкой росой. С древнейших времен умывается, встречает солнце и нет этому начала и нет конца-краю. Никто не руководит этим и никто не в силах нарушить того, что происходит.  Так отчего же рыдает убогая душа летящего над раем? Вон в этом покидаемом раю мелькают огромные заводские цеха в которых ничего не вращается и не шумит. Молчат механизмы. Молчат люди. Вдоль асфальтовой ленты дороги на брезентовых стульчиках сидят люди с хмурыми лицами. Каждый из них что ни будь продает. У каждого из них свои мысли, свои лютые муки и обращаемый к Богу вопрос видит ли он эти вековые слезы и страдание. Или Его больше нет? Может и осталось только упиться отравой до бесчувствия и лечь спать среди льда? В дрожащем звоне тишины висит тысячеголосый вопрос: "Может быть так и нужно ?" Звуки толпы искажаются отражаются многократно как в чаше стадиона и невидимая толпа утвердительным рёвом отвечает сама себе

- Так и нужно!!! Потому что нет больше Господа на небе!

     Подо мной Днепр перегорожен изогнутой плотиной. Сверкает водной поверхностью разделяясь на два рукава, которые охватывают длинный остров со скалистыми берегами.  Я лечу вдоль улицы о которой неведомо откуда знаю, что она называется Кремлёвская, лечу все быстрее. Меня несет по воздуху мощным притяжением к желтому трёхэтажному зданию с небольшой башенкой на крыше. Башенка увенчана высоким шпилем, который заканчивается шарообразной булавой. В пирамидальной желтой башенке зияет небольшое круглое отверстие. Там явно должны были быть часы, но их там нет. В это круглое отверстие меня тащит неимоверной силой с нарастающим ускорением. И кажется само время сжимается и летит в круглую черную дыру в которой по всей логике должны находиться часы.  На краю зияющего круга в который тащит меня уже различим серый взъерошенный одноглазый  филин. Левый глаз у филина отсутствует. Глазница заросла серыми перьями. Зато правый глаз широко открыт и смотрит немигающим вороненным стволом Чернота его немигающего глаза поглощает все вокруг и я теперь уже физически чувствую плотный поток в котором ни шевельнуться ни изменить направление. Я лечу в этом потоке и стараюсь получше рассмотреть филина, потому что он знает три тайных руны. Ему известно, когда наступит Рагнарек. Он знает когда, в какой день по сверкающей радуге спустятся Воины Радуги. Боги, которым суждено погибнуть и спасти Мир выйдут на бой с ледяными исполинами.   Меня тащит все стремительнее и я не могу пошевелиться и даже не могу отвести взгляд в сторону что бы посмотреть на всезнающего Филина, потому что его черный сверкающий глаз тянет меня все сильнее. До самого горизонта простирается эта чёрная сверкающая бездна, которая за секунду сжимает, сминает меня и выбрасывает в неподвижное серое марево. 

     Я снова неторопливо плыву над какой то серой ровной поверхностью, которая вдали постепенно бугрится вздымается кряжистыми хребтами и проваливается глубокими ущельями. Да это же Полярный Урал!!! Байдарацкая тундра, легендарная Гиперборея. Я один в целом свете знаю о том что Гиперборея находится именно здесь. И от этого сокровенного знания становится спокойно и легко. На берегу очень быстрой реки скалы расступились почти правильным квадратом. Внизу подо мной лагерь. Между пулеметными вышками бегают зайцы.  На столбах болтаются обрывки колючей проволоки. Бараки зияют пустыми окнами из которых вылетают птицы. Потолок во многих местах провален. Пол засыпан каким то хрустящим прахом. Длинные бараки застроены покосившимися нарами в три яруса. Пахнет хлоркой и прелыми тряпками.  Я лечу вверх по ущелью вдоль реки. Я знаю что это река Харбей. Низкое северное небо, которое пахнет багульником и сырой древесиной. Вдоль берега под малочисленным конвоем бредёт огромный этап. Сотни три людей - призраков. Истощенные зэки двигаются неторопливо. Все они поразительно одинаково выглядят, двигаются и смотрят. Они идут вверх по Харбею на Молибденовые рудники добывать металл из которого будет выкован Меч Победы. Я должен что то для них сделать! Я не могу просто так пролететь мимо ! По крайней мере, нужно сказать им что то важное, нужное. Сказать то, что способно изменить все вокруг. Все напрасно, меня опять стремительно несет на Юго-Запад. Зэки продолжили свой путь по тундре. Никто, ни один человек в колонне, включая конвой,  не заметил меня, не поднял головы.

    Я опять лечу над неясной поверхностью и вскоре стал различать огни большого города. На неровном городском горизонте изломанном стенами и крышами видна высокая, но приземистая четырехярусная колокольня увенчаная золоченной грушей с православным крестом. Я замедляю свой полет над Софией Киевской и удивившись тому что кажется впервые могу управлять полетом делаю круг над Софийской площадью и над Медным Всадником. Он властной рукой осадил ретивого коня на невысоком каменном кургане среди площади. И прежде чем застыть в бронзе вытянул правую руку и указал гетманской булавой куда то вдаль. Куда он указывает своей булавой? Что он хотел сказать нам? Действительно ли он был Богом дан как свидетельствует его имя? Человек, который, вне всякого сомнения, более чем кто либо другой в украинской истории увековечен в памятниках, марках, монетах, ассигнациях,  орденах, картинах, кинофильмах, улицах и площадях имени Богдана Хмельницкого в десятках городов от Норильска до Алма-Аты и от Иркутска до Минска.  Его происхождение неизвестно, его национальность спорна, у него нет могилы. Он всю жизнь воевал. При этом, количество тех за кого он воевал и тех против кого он воевал беспрецедентно. Он воевал против Османской империи, был в турецком плену. Воевал против крымских татар. Воевал в союзе с крымскими татарами против польской шляхты. Воевал вместе с польской шляхтой против Московского царя. Осаждал вместе с поляками Смоленск и получил золотое оружие за бои под Москвой.  Воевал в союзе с Молдавским Господарем против валахов и трансильванцев. Водил Войско Запорожское против шведов и  против ногайцев. И даже на стороне кардинала Мазарини в Северной Франции тоже успел повоевать против испанцев. Он стал современником неслыханных по масштабам и продолжительности захватнических войн, грабежей, геноцида, массовых казней и невиданных эпидемий во время которых население многих областей сократилось наполовину, а счет сожженных и разграбленных сел шел на сотни. Прожив такую бурную жизнь он не нашел упокоения в Суботове. Останки его были вырыты из могилы и брошены собакам посреди рыночной площади. Это было сделано по приказу Стефана Чарнецкого. Человека, чье имя упоминается в государственном гимне Польши. Том самом... "Ешчэ Польска не згинэўа" (Ещё Польша не погибла), Хотя ... исследовать слова государственных гимнов это отдельная песня. Там свои скелеты в каждом куплете. 

     Несмотря на обилие событий, поступков, побед и поражений, только один единственный поступок стал именно тем, за который его помнят, почитают и проклинают, ненавидят, славят и критикуют вот уже четвертое столетие. Однажды он поставил вопрос выбора между султаном турецким, ханом крымским, королем польским или царем московским. И несмотря на обилие исторических свидетельств о демократическом выборе, я склонен думать что ответил на этот вопрос он тоже сам, единолично. И  вот теперь Хмельницкого в равной степени почитают и критикуют все от коммунистов до националистов.

     Так куда же указывает он нам своей булавой?  Кружась над памятником Богдану Хмельницкому я прерываю свои размышления и почти отвесно пикирую к самой брусчатке площади.  Здесь можно рассмотреть памятник совсем близко, тем более что никто из присутствующих людей не замечает меня. Богдан восседает на коне спиной к отелю Хаят и Майдану Незалежности. Я зависаю над памятником и прицелившись точно по направлению булавы лечу строго по прямой куда указывает булава.  Совсем скоро огибаю Андреевскую церковь и далее строго выдерживая направление гетманской булавы упираюсь в небольшой двухэтажный домик. Желтые стены, белый декор, зеленая крыша. Так и есть. Дом Турбиных, Андреевский спуск, 13. Именно здесь ... Белая Гвардия здесь и изразцовая печь здесь  и все извечные вопросы о гибнущей Империи и о первопричинах происходящего все это тоже здесь. И именно сюда указывает своей булавой Медный Всадник Богдан Хмельницкий. Что это? О чем это? Это очень важно понять, каков смысл в этом... Я поднялся на уровень второго этажа и в темном окне увидел удивленные глаза Николки Турбина. Зашелестел ветер в садике за домом, и в шуме листвы звонкий голос позвал: " Господа, юнкера !!!" Оборвался и затих. Только шелест листьев и шум ветра. Ветер гонит откуда то сверху резкий запах горящих автомобильных покрышек.  Поднимаюсь все выше и выше. Кто то снизу швыряет в меня камни и кричит:

- Эй Москалюга !!! Не поскупись полтинкою !!! Цур тебе, мерзотный каламарь !!!

     Судя по тому что крики прекратились, я снова стал невидимым и завис над галдящей толпой. Запах горелых покрышек смешивется с приторно-сладким запахом шоколада. А может это не шоколад вовсе, а кокаина серебряный иней.   Человеческая речь сливалась в сплошной гул. Я ловил себя на мысли, что все эти люди говорили по украински очень натужно, через силу. Они все явно думали по русски и в каждом слове в каждом взгляде читался страх что бы другие этого не поняли. Центром шумихи была небольшая группа респектабельных мужчин в дорогих костюмах. Среди них была и очень бледная женщина с цепкими малоподвижными глазами и ортопедической тростью в левой руке. Я посмотрел на нее и в голове почему то пронеслись очень злые и какие то подловатые строчки

- Царица - небога. Как опенок засушенный. Тонкая. Длинноногая. Да еще на горе, сердешная трясет головою. Вот так богиня! Горюшко с тобою. 

     В толпе подо мной все чаще слышны были слова Донецк, Луганск, Мариуполь, Краматорск, Славянск, Горловка. Людская речь слилась в какое то злобное клокотание. Я резко вспомнил мерцающую тачанку и бесшумный пустой бронепоезд, идущий по степи к Азовскому морю. Толпа начала что то скандировать. Меня охватил ужас от того что я сейчас услышу и пойму смысл того что именно они кричат. И не зная куда деваться я стремительно взлетел вертикально вверх. Там где должны были быть звезды зияла бездонная чернота. От  бешеной силы толкающей меня вертикально вверх, моя голова налилась многотонной свинцовой болванкой и с хрустом вдавилась в плечи, а руки и ноги вытянулись на многие километры в безтелесный сверкающий шлейф. Вокруг чернота и пустота. Нет времени и нет скорости. И становится непонятно, лечу ли я или повис неподвижно среди вязкой густой тёмной пустоты. Все остановилось. Остановились и мысли. И непонятно уже то ли я есть, то ли нет меня.

 - У всякого своя доля и свой путь широкий. Тот строит, тот разрушает, А тот заглядывает несытым оком за край света...

     Я не могу понять, слышу ли я это или я это думаю. Потому что нет вокруг ничего. И меня самого тоже нет. Есть только осязаемый страх. Есть материализованный ужас.

     Весь этот сон произошел ведь не спьяну и не со зла. Не здивуйте, брати любі, милі, що не своє розказав вам. Потому что это не от сумасшествия. Это от горя. 

Если кому нужны пояснения, то они здесь>>>

29.05.2014

 Читать еще... этого же автора http://siherti.youhood.info

About us

We are a small, creative team, specializing in Joomla web-design and template development. Our goal is to create highly-useable, lightweight, and affordable Joomla templates and themes.

Address

USA Company
New York, Road 45

0900.123456
info@mail.com
Mo-Fr: 10.00 - 18.00